Актуальные песни русского рока

Удачная песня запросто может начать жить своей жизнью, неподвластной воле автора. Она обрастает легендами, трактуется на все лады, а порой становится гимном какой-нибудь группы единомышленников или целого поколения. Интересно, что создатель, даже если он не рад происходящему, ничего уже изменить не может, сколько бы ни пытался объяснить, какой смысл он вкладывал в слова или при каких обстоятельствах написал композицию. Ну, что тут посоветуешь? Не хотите, чтобы ваша песня вошла в историю, сочиняйте репертуар для Стаса Михайлова.

Источник: История одной песни

 

Группа «Кино» — «Перемен»

«Сигареты в руках, чай на столе,
Так замыкается круг
И вдруг нам становится страшно что-то менять.»

 

 

Виктор Цой сочинил эту песню в начале 1985 года и впервые исполнил на четвертом фестивале Ленинградского рок-клуба.
Там ее услышал режиссер Сергей Соловьев, которому нужен был музыкант для выступления в заключительной сцене фильма «Асса». Он отправился за сцену, пригласил Цой сыграть в картине и попросил его не исполнять «Перемен» до премьеры. Виктор без колебаний согласился, и группа «Кино» действительно не играла ее до выхода фильма на экран.
Далее грянула перестройка, в стране произошли крутые изменения, все резко осмелели и ринулись критиковать власть. А фраза «Мы хотим перемен» из песни, которую весь Советский Союз услышал в «Ассе», приобрела особый смысл, что стало неожиданностью для Цоя.
Он всегда подчеркивал, что не считает эту композицию «песней протеста», а себя – борцом за перемены. Ее присутствие в «Ассе» для него тоже было непонятно, и это подтверждает, что Виктор вкладывал в текст совсем не тот смысл, который народ стремится в нем найти.
Георгий Гурьянов утверждал, что «она никакого политического смысла не имела, а только философский». В книге «Тимур. “Врать только правду!”» Екатерины Андреевой приводятся его слова о том, что в «Перемен» говорится «о беспокойстве, неудовлетворении», а дальше уж слушателям предстоит «додумать песню по-своему».
Говорят, что члены группы «Кино» недолюбливали песню и между собой называли ее «пельменем». А в одном из интервью Виктор Цой выразил надежду, что когда-нибудь люди разберутся с истинным значением песни, и «все станет на свои места». Но все произошло как раз наоборот. «Перемен», как и раньше, продолжают использовать политические партии, общественные организации, народные движения и участники акций протеста. А вот песню «Зайка моя» почему-то никто не использует в общественно-политических целях…

 

Группа «Аквариум» — «Этот поезд в огне»

«Я видел генералов,
Они пьют и едят нашу смерть,
Их дети сходят с ума от того,
что им нечего больше хотеть.»

 

 

Судьба песни «Поезд в огне» группы «Аквариум» несколько похожа на участь композиции «Перемен» Виктора Цоя. Ее тоже нередко пытаются привязать к той или иной ситуации в стране или даже использовать в качестве гимна. А ведь Борис Гребенщиков, рассказывая об истории создания песни «Поезд в огне», неоднократно подчеркивал, что она не задумывалась как остро-политическая тема, которой ее многие считают.
БГ сочинил «Поезд в огне» в 1987 году, во время затяжных гастролей по Советскому Союзу. В те дни группа «Аквариум» находилась в Баку. Оттуда музыкант тайком от организаторов концертов сбежали к друзьям в Махачкалу, где они отыграли большой концерт, после которого началась всеобщая грандиозная пьянка. Именно там были написаны первые два куплета текста, а третий Борис сочинил на обратном пути в Баку, когда из окна вагона увидел горящие нефтяные вышки.
Борис Борисович никогда не скрывал, что сочинил «Поезд в огне» под влиянием знаменитой композиции Боба Дилана “Wheels on Fire”. Собственно, параллели (и даже заимствования) настолько очевидны, что отрицать их бессмысленно.
В период распада СССР и превращения бывших союзных республик в независимые государства многие общественные организации, политические партии, а также средства массовой информации пытались представить «Поезд в огне» чуть ли не гимном эпохи. В итоге, песню затаскали настолько, что уже в начале девяностых «Аквариум» перестал играть ее на концертах как утратившую актуальность.
Снова включить «Поезд в огне» в выступления Бориса Борисовича убедили на фестивале Meltdown в Великобритании. Его попросили исполнить какие-то политические песни, а эта композиция давно стала таковой помимо воли автора. С тех пор посетители концертов «Аквариума» вновь получили возможность периодически слушать ее вживую.

 

Группа «Наутилус Помпилиус» — Последнее письмо (Гудбай, Америка!)

«Гудбай, Америка, о-о-о,
Где я не буду никогда
Услышу ли песню, которую запомню навсегда?»

 

 

Предугадать, как публика воспримет новую песню, весьма сложно. Нередко авторы или исполнители хитов твердят об изначальной уверенности в успехе каких-то своих творений, но столь же часто он говорят, что не могли предположить будущую популярность других треков.
Когда рок-группа Nautilus Pompilius записывала «Последнее письмо», немногие участники процесса догадывались, что они присутствуют при рождении настоящего гимна перестроечного поколения. Правда, Дмитрий Умецкий впоследствии говорил, что «всегда ориентировался на эту вещь, потому что композиция была однозначно сильной».
А вот Вячеслав Бутусов к песне в то время серьезно не относился. Да и как можно было рассчитывать на ажиотаж вокруг «Последнего письма», если оно впопыхах создавалось в довесок к уже готовому альбому «Невидимка». Он получился слишком коротким: двадцать пять минут вместо тридцати, оговоренных контрактом.
Музыканты, вооружившись одолженным синтезатором Yamaha-PS55, решили по-быстрому исправить ситуацию. Они собрались на квартире друзей, уехавших в отпуск, и принялись экспериментировать с «Последним письмом», текст и мелодия к которому уже были готовы. Бутусов хотел исполнить песню в стиле регги, но такого ритма в аппарате не было, поэтому остановились на игрушечном танго.
В конце восьмидесятых «наутилусы» завершали исполнение «Прощального письма», по одному уходя за кулисы и оставляя на сцене только саксофониста.
Автором слов «Последнего письма» является Вячеслав Бутусов (хотя, говорят, Дмитрий Умецкий тоже приложил к нему руку). Лидер группы «Наутилус Помпилиус» называет песню «прощанием с детскими впечатлениями», с Америкой как мифом, олицетворением которой являются индейцы и ковбои. Он писал ее от лица человека, который «стал взрослым и всему этому решил махнуть ручкой».
Что в итоге получилось, вы знаете. О безумной популярности «Последнего письма» говорить излишне. Достаточно вспомнить лишь о том, что на протяжении многих лет Nautilus Pompilius заканчивал ею все концерты.

 

Группа «ДДТ» — «Родина»

«Боже, сколько правды в глазах
Государственных шлюх!
Боже, сколько веры в руках
Отставных палачей!»

 

 

Об истории создания песни «Родина» Шевчук подробно рассказал в беседе с Дмитрием Гордоном, редактором газеты «Бульвар Гордона». Музыкант сочинил ее в 1989 году, когда жил в маленькой деревне, где его мать ухаживала за доживавшей последние дни бабушкой. Юрий как раз прочитал роман «Доктор Живаго» Бориса Пастернака. Произведение настолько потрясло Шевчука, что он по его мотивам «буквально на коленке» написал слова будущей композиции.
Говоря в различных интервью о смысле песни «Родина», Юрий Юлианович неоднократно вспоминал фразу «Родину любить – не березки целовать», а также цитировал Некрасова: «Кто живет без печали и боли, тот не любит Отчизны своей».

 

Группа «Воскресение» — «Кто виноват?»

«Кто виноват, что ты устал,
Что не нашел, чего так ждал?
И чья вина, что день за днём
Уходит жизнь чужим путём?»

 

 

История песни «Кто виноват?» началась за несколько лет до основания «Воскресения». В интервью газете «ПроРок» Алексей Романов рассказал, что сочинил первый вариант композиции, когда ему было двадцать два года. Результат ему не понравился, поэтому чуть позже он написал другую музыку и немного отредактировал текст, сделав его чуть жестче и выбросив один куплет.
Смысл песни «Кто виноват?», Алексей Романов в том же интервью объяснил так: «Изначально, мне кажется, песенка была о несчастной любви, о чём-то таком… Я сделал так, чтобы не в лоб, а намёком говорилось о том, что ты, товарищ, не жалуйся, не ной, а вставай и делай что-нибудь. Ведь тогда вдруг оказалось, что мы поем что-то очень острое, диссидентское… Но в той же “Кто виноват?” не сказано ничего особенного. Никакой подоплеки! Мало ли кто от чего устал, и чего не нашел… Видимо сработало то, что в заглавие вынесены такие классические для русской литературы слова.»
Песню «Кто виноват?» первой играла группа «Кузнецкий мост», солистом которой Романов был с 1975 года. Когда Алексей ушел в «Воскресение», несколько его песен, включая «Кто виноват?», вошли в репертуар только что образовавшегося коллектива и стали костяком его дебютной пластинки.
Стараниями Дмитрия Линника, бывшего вокалиста трио «Зодиак», который работал на Moscow & World Service Radio, несколько песен «Воскресения» попали в эфир этой радиостанции. У группы тотчас появилось множество поклонников, а наибольшей популярностью пользовалась песня «Кто виноват?». Она поднялась на пятую строчку хит-парада «Звуковая дорожка» в газете «Московский комсомолец».

 

Группа «Наутилус Помпилиус» — «Шар цвета хаки»

«Я не видел толпы страшней,
Чем толпа цвета хаки.
Я вижу дым, я чувствую гарь,
Я знать не хочу ту тварь,
Что спалит это небо!»

 

 

Лидер рок-группы Nautilus Pompilius очень не хотел оказаться в «кирзачах» где-нибудь на границе с Монголией. Но служить Вячеславу не пришлось. Для него знакомство с армией ограничилось военными сборами во время учебы в Свердловском архитектурном институте. Позже Бутусов рассказывал, что «Шар цвета хаки» стал «наивной попыткой в образе армии как-то опровергнуть идею агрессии».
С «Шаром цвета хаки» связано пару веселых историй. Однажды грузинский товарищ звукооператора Андрея Макарова присутствовал на концерте группы, перед тем изрядно выпив с ними чачи, и заснул прямо возле пульта. Когда его вечером спросили, какая песня ему понравилась он ответил, что та, в которой была просьба: «Масла с хлебом!» («Марш-марш левой!»).

 

Группа «Машина времени» — «Поворот»

«Мы себе давали слово
Не сходить с пути прямого,
Но так уж суждено.
И уж, если откровенно, всех пугают перемены,
Но тут уж все равно.»

 

 

Легендарную группу «Машина времени» постоянно критиковали на протяжении всей ее более чем сорокалетней истории. Советские газеты твердили об ее аморальности, пессимизме и прочих грехах, коллеги по рок-музыке обвиняли в продажности, критики периодически заявляли о творческой импотенции Макаревича и компании, а уж обличительные интервью бывших членов коллектива – это вообще отдельная история.
Все это не помешало «Машине времени» стать наиболее востребованной группой СССР и постсоветского пространства, а самой хитовой песней «машинистов» является, несомненно, «Поворот».
Рассказывая об истории создания песни, участники группы несколько противоречат друг другу. В частности, Александр Кутиков говорит, что мелодию придумал он, а Подгородецкий помог ее «гармонизировать». В то же время Петр в своей книге «Машина с евреями» утверждает, что музыку сочинил именно он, когда служил во Внутренних войсках МВД и охранял заключенных.
Известно, что в первом варианте «Поворот» был медленной и лирической песней, в духе итальянской эстрады. Макаревичу изначальная мелодия категорически не понравилась, и тогда Кутиков предложил другой вариант, более ритмичный и менее слащавый.

 

========================================================================================